«Феминита» запускает инфокампанию «Уятсыз»

Мы начинаем инфокампанию «Уятсыз» в поддержку девушек, которые были незаконно сняты на видео 30 января 2018 года в торговом центре «Есентай» в Алматы. Мы не посвящаем текст самому судебному процессу, поскольку решение суда еще не вступило в законную силу. Мы намерены разобраться, кто и что такое «уят», «уятмены», нравственность, мораль, честь, к которым призывают, в основном, не только известный многим ответчик по делу с видео, но и мужчины в Казахстане за последние два года. Сама тенденция взывать к морали и совести кажется нам очень опасной, поскольку она обращена лишь в одну сторону — в сторону женщин различной сексуальной ориентации и гендерной идентичности и никогда не обязывает посмотреть самому себе в глаза. Кто я такой, чтобы…?

В рамках инфокампании будет опубликована серия материалов казахстанских авторок, чьи высказывания ценны феминистским содержанием, гражданской позицией и несогласием с установившейся патриархатной установкой, где женщина — не человек, не субъект и вообще кто такая, чтобы о ней говорить.

 

ДЕЛО ОБ УЯТЕ: МОГУТ ЛИ КАЗАХСТАНЦЫ ПРЕТЕНДОВАТЬ НА ПРАВО НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ

В связи с недавней публикацией видео, на котором были засняты две целовавшиеся в холле кинотеатра казахские девушки, вновь встают вопросы: (1) что является правом на неприкосновенность частной жизни и (2) кто может претендовать на это право в Казахстане. Названное видео получило широкую огласку в казахстанском обществе, обнажив существующие гендерные стереотипы, культуру стыда и проблемы шейминга с другого ракурса.

Казахское общество и на сегодня остается во многом очень архаичным, особенно если принимать во внимание социальные различия между различными регионами и различными группами населения. Большинство людей даже не имеют представления о том, что такое «частная жизнь», тем более его четкого определения нет даже в законодательстве РК. Поэтому общество в большей мере опирается в данном и ряде других вопросов на традиционные представления об «уяте» (стыде), «намысе» (гордости) или «парызе» (долге), которые носят явный отпечаток мононормы и подчас идут в разрез с современными формулировками этих понятий и идеями демократии и либерализма. В ходе обсуждений поведенческих норм носителей так называемых традиционных взглядов, которые вторгаются в границы неприкосновенности частной жизни, не считаясь с выбором и желаниями современных граждан_ок, стал вырисовываться карикатурный образ казахского «блюстителя нравов», получившего название «уятмен».

Ночной клуб vs кухня: Что к лицу казахской девушке

Одним из громких событий прошлого года с участием уятменов стал инцидент с Айжан Байзаковой, когда известный певец Мукасан Шахзадаев решил сделать новость из программы ночного клуба Zakova в Алматы. Певец без разрешения посетителей и администрации клуба снял проводившийся стриптиз-конкурс на телефон и опубликовал видео в Интернете. Цель уятмена была ясна: пользуясь своей известностью, обратить внимание журналистов и общественности на «падение нравов» казахских женщин. Журналисты разнесли эту информацию о конкурсе-стриптизе как что-то беспрецедентное и недопустимое для ночных клубов и казахских женщин, что, в общем-то, смешно, будто не осталось ничего другого важного, кроме обсуждения вечеров в ночных клубах на уровне республиканских медиа. Общественность в лице консервативно настроенных граждан в комментариях к видео в большинстве склонялась к мыслям, что именно казахские женщины не имеют права посещать ночные клубы и танцевать стриптиз, потому что по казахским меркам это «ұяттан безу» (стать бесстыдным), «қазақтын абыройын айрандай төгу» (осрамить казахскую нацию), «намыссыз болу» (не иметь достоинства). Однако стоит сказать, что такая реакция, обрушившаяся на Айжан Байзакову (или любую другую свободную женщину) в виде клейма «шлюхи», преследования, угроз расправы, противоречит законодательству РК и является вторжением в частную жизнь гражданина_ки страны, позиционирующей себя светской державой. Некоторые казахстанские СМИ этот инцидент освещали с позиции шейминга и гендерных стереотипов, а в названиях материалов часто делали акцент, что мужчины осудили действия девушек, что безусловно является показателем уровня развития феминистских идей (кто там еще уверен, что феминизм не нужен и женщины свободны в равной степени с мужчинами?). Также в журналистских постах конкурс называли нелепым, использовали слова «срам», «разврат», апеллировали к гендерным стереотипам, выражали досаду на «падение нравов женщин». А журналистка новостного сайта 365info Татьяна Гуржий вообще закончила статью столь непрофессиональным умозаключением, что заставляет хорошенько задуматься о степени эмансипации казахстанских граждан_ок и журналистов_к.

Что пишут в статье «Стриптизом отметили День Независимости в одном из ночных клубов Алматы» (365info): «Стоит отметить, что мужчины употребляли ненормативную лексику гораздо меньше, чем устроительница нелепого конкурса Айжан Байзакова. Судя не только по речи, но и по поведению, дама была не совсем трезва. Не известно и то, увидели ли своих обнаженных дочек родители».

Что пишут в статье «Эпатажный блогер Айжан Байзакова раздела девушек до гола за 50 тыс. тенге» (altyn-orda.kz): «Две девушки сняли с себя все, включая трусики, однако этого оказалось мало. Тогда ведущие предложили 50 тысяч тенге за то, чтобы посетительницы перестали прикрываться руками… Как видно, даже диджей, который наверняка повидал многое, пытался абстрагироваться от происходящего разврата…».

Мало кто задался вопросом, почему же «блюстители нравов» посещают в поздние часы заведения, где предполагается употребление алкогольных напитков и стриптиз. Возможно, это связано с тем, что в обществе с традиционным мышлением мужчины обладают большими правами на защиту границ частной жизни, чем женщины.

Образ казахской женщины в сознании уятменов: Kinder, Kuche, Koran, Kazachisch

На следующий день в Интернете появилось сделанное на парковке видео-обращение группы агрессивно настроенных казахских парней с требованием к казахским девушкам вести себя «подобающим казахской девушке образом». Под данным определением естественно подразумевается веками существовавшее в любом патриархальном обществе представление о женщине как о сексуальном объекте, не имеющим право распоряжаться своей жизнь самостоятельно, чьим долгом («парыз») было хранить целомудрие, воспитывать детей и быть в подчинении у мужа. Неким эквивалентом представлению об идеальной патриархальной казахской жене, например в немецкой патриархальной системе взглядов, можно назвать образ «Kinder, Kuche, Kirche, Kleider» (дети, кухня, церковь, платье).

В интервью «Казахская женщина – хранительница традиций и семейного очага» (e-history.kz) кандидатка исторических наук Инга Стасевич сообщает: «Следуя национальным традициям, казахская женщина в первую очередь мать, ее основное предназначение родить детей, воспитать их, но кроме этого она должна поддерживать во всех добрых начинаниях своего мужа, сохранять мир и покой в семье». Или: «По традиции девочку с детства готовили к замужеству, прививая ей нормы поведения достойной женщины, готовили приданое, которое до сих пор рассматривается как знак статуса семьи девушки».

Подобное архаичное видение женщины и отношение к вопросам ее прав и свободы у уятменов также зиждется на религиозности подавляющей части мужского населения, что подтверждается время от времени появляющимися видео, где имам рассказывает, как правильно мужу бить жену.

Таким образом уятмены не считаются с Конституцией, утверждающей, что высшей ценностью государства является человек, его жизнь, права и свобода, но, что самое страшное, пытаются дистанцироваться от мирового опыта, процессов истории, последних исследований, открытий. Все свое сопротивление меняющемуся миру уятмены оказывают под предлогом, что все достижения человечества в разных отраслях культуры и науки, включая содержание Конституции, где, как заметил в 2016 году юрист Жангельды Сулейманов, отсутствует понятие «уят» в его казахском толковании, является «не нашим».

Видео-обращение парней с парковки нашло широкую поддержку в обществе, тем самым показав, что не только в сознании уятменов, но и многих граждан страны женщина все еще не воспринимается самостоятельным человеком, но лишь вещью, подлежащей контролю патриархальной системы, которая должна решать, что из ее поступков можно одобрить, а что осудить.

Казашки только для казахов?

Еще одним примером нарушения границ неприкосновенности частной жизни остается тот факт, что казахским женщинам издавна ставят в вину мужа-не_казаха, особенно если тот не мусульманин. От своих старших родственников такие женщины часто слышат: «Аққулығынды қойшы», что является показателем, что родные не считают интернациональный брак серьезным супружеством и подбивают женщин на развод. Сегодня нападкам уятменов казашки подвергаются и за связи с иностранцами. К примеру, Жанибек Иманмазир, автор видео, в котором он грубо отчитывает казашку за национальность ее мужа (более 50 тысяч просмотров), предложил ввести закон, запрещающий казашкам выходить замуж за иностранца, а также судить иностранцев за брак с казахскими девушками. Женщин (в основном, русскоязычные), которые отмечали, что противники межнациональных браков могут понести уголовное наказание за незаконную агитацию, уятмен называл «проститутками».

Что пишут в статье «Судить иностранцев за брак с казахстанцами предлагает казахстанский «уятмен» (Nur.kz): «В русскоязычном сегменте интернета меня специально показывают с плохой стороны. Им нравится показывать меня плохим, при этом они сами не понимают куда лезут. Например, идущие против меня это те, у которых нет гордости, а также проститутки».

В свое время певец Сакен Майзиев предлагал «избавляться от казахских девушек, готовых выйти замуж за иностранцев». При этом так и осталось загадкой, что подразумевалось под словом «избавляться» – выслать за границу или на тот свет. Взгляды «блюстителей целомудрия» казахских девушек находили поддержку и среди депутатов. Так, депутат мажилиса Парламента Бекболат Тлеухан некогда был возмущен сюжетом фильма «Ирония любви» (вышел в 2010 г.), в котором героиня Асель Сагатовой влюбляется в персонажа русского актера Алексея Чадова: «Мы должны уважать наших женщин и не показывать их в таком неприглядном виде. Издревле говорили о целомудрии мусульманских женщин. Теперь же все эти нравственные понятия рушатся».

Среди уятменов много тех, кто верит в телегонию и пытается своими псевдонаучными воззрениями заразить неосведомленных граждан, насаждая ксенофобию. Также стоит отметить, что казахские мужчины реже подвергаются ущемлениям при выборе партнерши другой национальности.

Свою подчас шовинистскую идеологию, ксенофобию, гендерные предрассудки и патриархальные убеждения уятмены в таких случаях объясняют страхом перед исчезновением казахской нации, а также долгом («парызом») казахской женщины сохранить национальные традиции и ценности путем исполнения ее якобы главного предназначения – рождения и воспитания потомства. Учитывая, что ни один из уятменов так и не был привлечен даже к административной ответственности, можно предположить, что консерватизм, гендерные предрассудки, ксенофобия не чужды представителям правоохранительных органов.

Гомофобия как нарушение границ неприкосновенности частной жизни

Стоит отметить, что уятмены также осуждают казахских женщин за внешний вид, длину юбок, секс до свадьбы и мысли о разводе. Не секрет, что нападкам «блюстителей нравов» также подвергаются гомосексуальные женщины, например, лесбиянки. Уятмены отказываются признавать гомосексуальность нормальным явлением в казахстанской среде, считая «нетрадиционную» ориентацию и гендерную идентичность некой модой, завезенной в степь с Запада, либо психофизическим заболеванием.

В конце июля 2015 года в Атырау неизвестный без разрешения снял на видео поцелуй сотрудниц Пограничной службы Комитета национальной безопасности Республики Казахстан. Интернет бурно обсуждал ролик, снятый с режимного объекта. По мнению адвоката Аслана Жолболова, именно после распространения видео женщины были уволены. Пограничницы решили бороться с притеснением и подали в суд. Руководство воинской части уверяло, что сотрудницы отсутствовали на рабочем месте больше 3 часов, но в суде было доказано, что в указанные часы женщины находились на работе, а видео было снято после 18:00, т.е. в не рабочее время пограничниц. Суд признал увольнения истиц незаконными и восстановил их в прежних должностях. Видео и последовавшее увольнение в данном случае являются ярким примером вероломного нарушения права на неприкосновенность частной жизни на основе сексуальной ориентации и гендерной идентичности (СОГИ).

Стоит напомнить, что гомофобная логика в казахстанском обществе сложилась еще в период пребывания страны в составе коммунистического Союза, который при всей своей «продвинутости» занимал шокирующую позицию в отношении сексуальности. И хотя еще в 1990 году гомосексуальность официально была исключена из списка заболеваний, Казахстан все же унаследовал от Союза статью в Уголовном Кодексе «Мужеложство» и упразднил ее только в 1997-м (несмотря на это в Уголовном Кодексе предусматривается уголовная ответственность за «насильственные действия сексуального характера», которые включают в себя «мужеложство, лесбиянство, иные действия сексуального характера с применением силы или с угрозой ее применения к потерпевшему (потерпевшей), либо с использованием беспомощного состояния жертвы» (статья 121) — прим. ред.). Сегодня страна, которая 27 лет назад объявила, что встает на путь демократии и либерализации, допускает случаи, когда граждане, замеченные в однополых связях или не скрывающие своей ориентации, становятся «нерукопожатыми» как в советские времена.

По сути гомофобия является одним из видов нарушения права на неприкосновенность частной жизни, поскольку, согласитесь, выбор сексуального_ой партнера_ки независимо от гендерной идентичности есть сугубо личное дело каждого человека. Одним из результатов гомофобии как нарушения границ неприкосновенности частной жизни является то, что однополые пары не могут заключить законный брак, поскольку кодекс «О браке и семье» гласит, что брак является союзом между мужчиной и женщиной, тем самым ущемляя, к примеру, права гомосексуальных пар.

Инцидент, случившийся в этом году в Алматы, когда пользователь Facebook’а Эльдар Гамилзаде снял на видео целовавшихся казахских девушек, взбудоражил Казнет. При этом девушки не давали разрешения на съемку, а лицо одной из них было хорошо запечатлено на ролике. Уятмены активно репостили это видео с разными комментариями в духе «две лесбы, которые потеряли стыд…». За короткое время ролик просмотрели тысячи пользователей Интернета, что привлекло внимание СМИ. Развернулись обсуждения с призывами к уяту и намысу и негативными отзывами в адрес девушек. Пользователями сети был применен весь нелицеприятный кейс с инструментами для уничижения, начиная с шейминга и заканчивая гендерными стереотипами про невозможность казахских девушек быть лесбиянками и стереотипами про лесбиянок-подростков. Общество увидело в поведении алматинок пропаганду «нетрадиционных» отношений, в сетях поднимали вопрос о поведении в общественном месте. Фактически мало кто понимал, что действия уятмена попадают под нарушение не только статей 14 и 18 Конституции РК, но и статьи 145 Гражданского Кодекса РК, которая гласит, что никто не имеет право использовать изображение какого-либо лица без его согласия. К сожалению, отсутствие антидискриминационных законов в Казахстане не позволяет расценивать обнародование видео подобного содержания как попытку разжигания ненависти к ЛГБТ-сообществу.

Таким образом говорить о том, что в Казахстане соблюдается право на неприкосновенность личной жизни, достаточно сложно. Чаще всего лицами, чьи границы неприкосновенности нарушаются, являются казахские женщины и представители ЛГБТ-сообществ в силу существующих различных стереотипов и отсутствия элементарного уважения. Несмотря на заявленный путь демократии закон в Казахстане все еще остается привилегией гетеросексуальных мужчин с патриархальными ценностями. Законодательные акты нуждаются в дополнениях и пояснениях. Немаловажным пунктом в развитии защиты права на неприкосновенность частной жизни является и рассмотрение прав ЛГБТ-людей. Для развития Казахстана в русле демократии и либерализма требуется также активная пропаганда идеи феминизма, выводящая восприятие женщин и отношение к ним на совершенно другой качественный уровень. Пока всего этого нет в обществе будут жить и процветать дремучие псевдонаучные теории вроде телегонии, повышающей уровень ксенофобии, и допотопные взгляды, нормализующие насилие, шантаж, домашний арест, кражу в невесты, изнасилования.

Йоханна Акбергенова

Иллюстрация Нины Жданович

  • Share post

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *